Эми Кармайкл

 

 Тридцать пять книг, подробно описывающих пятьдесят пять лет служения в Индии, сделали ее одной из любимых миссионерок всех времен. Чрезвычайная скромность этой женщины, ее мягкость и искренность поставили ее в ряд тех редких индивидуальностей, которых можно назвать «слишком хорошими, чтобы быть реальными».

 

 Эми услышала «македонский призыв» в 1892 г., в возрасте двадцати четырех лет, а на следующий год она уже была в Японии. Девушка стремительно ушла в работу, но, как и множество миссионеров до нее, испытала разочарования. Японский язык показался ей невозможным, и миссионерская община вовсе не являлась образцом гармоничной жизни, как она себе ее представляла. Она писала матери: «...мы здесь точно такие же, как дома – ничуть не лучше,   и сатана всегда при деле... Постоянно происходят крушения когда-то беспорочных миссионерских кораблей». Со здоровьем у Эми также были проблемы. Шервуду Эдди она позже призналась, что «сломалась от нервного срыва в первые годы... служения, страдая, как некоторые иностранцы, от того, что называется японской головой».

 

 Прослужив более года миссионером, Эми пришла к убеждению, что Япония   не то место, куда направлял ее Бог. «Я думаю, что оставила Японию ради отдыха и смены обстановки, а когда в Шанхае поверила, что Господь велел мне следовать за Ним в Цейлон, я так и сделала». Эми оставалась на Цейлоне совсем недолго, потом она отправилась в Индию, где прожила более пятидесяти пяти лет без отпуска.

 

Через несколько лет после приезда в Южную Индию Эми переехала в Донашпур. Ее работа там заключалась в спасении храмовых детей (особенно девочек) от полной деградации. Именно за это ее и запомнили. Девочек продавали как храмовых проституток, якобы для того чтобы «выдать замуж за богов», а затем сделать доступными для индийских мужчин, посещающих храм. Это был один из «секретных грехов» индуизма, и даже некоторые зарубежные миссионеры, как утверждала Эми, отказывались верить этому. Некоторые считали, что она тратит время понапрасну, разыскивая детей, которых не существует. Но Эми так не думала. Обращенные индианки, которые больше знали о местных обычаях, помогали ей раскрывать эти ужасные преступления. Ей не раз предъявлялись обвинения в похищении детей, и над ней постоянно висела угроза физической расправы. Тем не менее Эми продолжала работу, и к 1913 г., через двенадцать лет после начала миссионерской деятельности, вызвавшей множество противотолков, она собрала под свою защиту сто тридцать детей.

В последующие десятилетия сотни других детей были спасены и устроены в Донашпуре.

 

 Донашпурское сестринство (ее организация стала известной под таким названием) являлось уникальным христианским служением. Все работники (включая европейцев) носили индийское платье, а дети получали индийские имена. Иностранные и индийские штатные сотрудники жили одной общиной. Детям давали образование и обеспечивали физический уход, особое внимание уделялось развитию их «христианского характера». Эми говорила: «...нельзя спасти душу и сразу вознести ее на Небеса... Души так или иначе прикреплены к телам... а поскольку нельзя вытащить душу и заниматься ею отдельно, нам приходится заниматься и душой, и телом».

 

 Эми пожертвовала всем для Донашпура, много лет назад, еще в Японии, она отреклась навсегда от жизни замужней женщины. «Я боялась будущего. Дьявол все время нашептывал: «Теперь – то все в порядке, но что будет потом? Ты будешь очень одинока». И он рисовал картины одиночества – они до сих пор у меня перед глазами. Я повернулась к Богу в отчаянии и сказала: «Господи, что мне делать? Как мне пройти до конца?», и Он ответил: «Тот, кто доверяет Мне, не будет одинок». С тех пор это Его слово всегда было со мной. Оно исполнилось во мне. Оно исполнится и в тебе».

 

 Донашпурское сестринство нуждалось в работниках, которые могли бы полностью отдаться детям как матери и духовные наставники. Для этой цели она создала протестантский религиозный орден для одиноких женщин «Сестры общинной жизни». Это было добровольное объединение, состоявшее изначально из Эми и семи молодых индианок, связанных клятвами. Если бы они позже решили выйти замуж, то не могли бы оставаться в ордене.

 

 Сестры стали для Эми семьей.

 

Хотя последние двадцать лет (после серьезного падения) она прожила инвалидом, Эми не прекращала писать книги и молиться за дело своих дорогих детей. Она умерла в Донашпуре в 1951 г. в возрасте восьмидесяти трех лет.